<p>Агентство Axios 17 июня 2026 года сообщило, что США и Иран обсуждают возможность досрочного электронного подписания меморандума о взаимопонимании — уже в этот же день, не дожидаясь запланированной очной церемонии 19 июня в швейцарском Бюргенштоке. По данным источников агентства, досрочное подписание позволит быстрее запустить отдельные пункты договорённости — прежде всего открытие Ормузского пролива, которое требует немедленного начала технических мероприятий по разминированию и восстановлению навигационной инфраструктуры.</p><p>Хронология событий, предшествовавших этому сообщению, крайне насыщена. 15 июня Трамп объявил о достижении договорённостей с Ираном и снятии американской морской блокады. 16 июня МИД Швейцарии официально подтвердил, что церемония подписания меморандума состоится 19 июня на горном курорте Бюргеншток в кантоне Нидвальден — той самой площадке, где в 2024 году проходил «мирный саммит» по Украине. Президент Ирана Масуд Пезешкиан подтвердил дату. Военные США и Ирана приступили к согласованию мер безопасности для проведения церемонии. Теперь Axios сообщает о возможном опережении графика — электронное подписание может состояться на двое суток раньше.</p><p>Содержание меморандума, согласованного сторонами, к 17 июня стало известно из нескольких утечек. Документ предусматривает немедленное прекращение боевых действий и продление режима прекращения огня на 60 дней — включая ливанское направление. Ормузский пролив открывается для международного судоходства без взимания платы за проход. Иранские активы на сумму около 24 миллиардов долларов частично разблокируются: 12 миллиардов — до начала ядерных переговоров, ещё 12 — по их итогам. Санкции на экспорт иранской нефти приостанавливаются на период 60-дневного переговорного трека. Наконец, стороны обязуются в течение 60 дней выйти на окончательное соглашение по ядерной программе — с возможностью продления по взаимному согласию.</p><p>Трамп 17 июня охарактеризовал меморандум как «очень мощный» документ. По его словам, соглашение «намного сильнее», чем ядерная сделка СВПД 2015 года, заключённая при Обаме и разорванная самим Трампом в 2018 году. Ключевое отличие, на котором настаивает американская сторона: новый документ содержит более жёсткие ограничения на обогащение урана и предусматривает более широкий доступ инспекторов МАГАТЭ. Иранская сторона эти формулировки публично не оспаривает — что само по себе является дипломатическим прогрессом по сравнению с позицией недельной давности, когда КСИР называл американские требования неприемлемыми.</p><p>Практическое значение Ормузского пролива для мировой экономики трудно переоценить. Через него проходит около 20 процентов мировой торговли нефтью и около 25 процентов мирового экспорта сжиженного природного газа. Закрытие пролива с 8 июня подтолкнуло нефть Brent выше 97 долларов за баррель и создало угрозу глобального энергетического шока. Открытие пролива — даже в форме электронного подписания меморандума без очной церемонии — немедленно запускает технические мероприятия: разминирование акватории, восстановление навигационных огней, возобновление лоцманской проводки. Именно поэтому досрочное электронное подписание имеет не только символическое, но и сугубо практическое значение.</p><p>Очная церемония в Бюргенштоке 19 июня при этом не отменяется — она сохраняет политическое и символическое измерение. На ней ожидается присутствие вице-президента США Джей Ди Вэнса, иранского спикера парламента Мохаммада-Багера Галибафа, а также представителей Пакистана и Катара — двух ключевых посредников переговорного процесса. Швейцарские военные уже приступили к обеспечению безопасности мероприятия. Бюргеншток — не случайный выбор: горный курорт, расположенный вдали от городской инфраструктуры, легко поддаётся оцеплению и уже имеет опыт проведения переговоров высшего уровня.</p><p>Израиль остаётся главным источником неопределённости. Министр национальной безопасности Бен-Гвир накануне публично заявил, что соглашение Трампа «не обязывает» Израиль, и пообещал продолжать удары по Ливану в ответ на любые пуски с его территории. Если Израиль нанесёт удар по Ливану в промежутке между электронным подписанием и очной церемонией — это создаст острый дипломатический кризис: меморандум предусматривает прекращение огня «на всех фронтах», но Израиль его не подписывал. Именно это противоречие остаётся главной угрозой для хрупкой американо-иранской договорённости.</p>
|
