<p>Министр обороны России Андрей Белоусов 27 апреля 2026 года сделал одно из наиболее жёстких заявлений в поддержку Ирана с начала американо-израильской военной операции против Тегерана. «Поддерживаем суверенитет и территориальную целостность Ирана. Желаю братскому иранскому народу, его вооружённым силам стойкости и мужества в преодолении всех стоящих перед страной угроз», — заявил Белоусов. Министр также выразил уверенность, что Москва и Тегеран «будут поддерживать друг друга при любом развитии ситуации». Заявление прозвучало в тот же день, когда Путин принял в Санкт-Петербурге главу МИД Ирана Аббаса Аракчи — таким образом, российская сторона в течение одного дня дважды на высшем уровне подтвердила союзническую солидарность с Тегераном.</p><p>Контекст заявления определяется ходом войны, начавшейся 28 февраля 2026 года. США и Израиль нанесли скоординированные удары по иранским военным объектам и инфраструктуре «Хезболлы» в Ливане — операции получили названия «Эпическая ярость» и «Рёв льва» соответственно. Иран ответил ударами по Израилю и американским базам в восьми арабских странах. Жертвы с обеих сторон превысили три тысячи человек. В апреле стороны несколько раз объявляли о перемирии — однако каждый раз оно нарушалось или оспаривалось. Переговоры в Исламабаде зашли в тупик. Ормузский пролив остаётся частично закрытым, нефть держится выше 100 долларов за баррель.</p><p>Заявление Белоусова принципиально отличается от предыдущей российской риторики по иранскому кризису. Россия с самого начала осудила удары США как «неспровоцированную агрессию», однако избегала прямых военных обязательств. Теперь министр обороны — не дипломат, не пресс-секретарь, а именно военный руководитель — публично заявляет о поддержке «при любом развитии ситуации». Формулировка «любое развитие» — принципиальная: она не ограничивает российскую поддержку дипломатическими инструментами и оставляет открытым вопрос о возможном военном измерении.</p><p>Слова Белоусова прозвучали на фоне его же визита в Пхеньян 26–27 апреля, где он провёл переговоры с Ким Чен Ыном и наградил корейских военных орденами Мужества за участие в боях в Курской области. Таким образом, в течение двух дней российский министр обороны последовательно демонстрировал союзническую солидарность сразу с двумя государствами, находящимися под жёстким западным давлением — КНДР и Ираном. Это не случайное совпадение, а элемент единой стратегии: Москва выстраивает ось государств, противостоящих американскому давлению, и публично закрепляет эти связи на уровне военного ведомства.</p><p>Практическое содержание российской поддержки Ирана по-прежнему остаётся непрозрачным. Официальных данных о военных поставках нет. Россия использует право вето в Совете Безопасности ООН для блокирования антииранских резолюций. Дипломатические каналы работают: Путин получил послание от нового верховного лидера Ирана Моджтабы Хаменеи и ответил на него. Аракчи на встрече с Путиным охарактеризовал российско-иранские отношения как «стратегическое партнёрство», которое будет только укрепляться. Иранский министр иностранных дел также передал Путину наилучшие пожелания от Хаменеи и президента Пезешкиана.</p><p>Заявление Белоусова имеет и внутриполитическое измерение для Ирана. Тегеран находится под военным давлением, переговоры с США зашли в тупик, а перемирие держится условно. В этих условиях публичная поддержка со стороны министра обороны ядерной державы — России — имеет важное психологическое и политическое значение: она демонстрирует иранскому обществу и руководству, что страна не находится в полной изоляции. Именно поэтому Аракчи специально подчеркнул в ходе переговоров в Петербурге: «Народ Ирана своим мужеством смог сопротивляться агрессии США и сможет выстоять».</p>
|
