<p>Министр национальной безопасности Израиля Итамар Бен-Гвир 15 июня 2026 года выступил с жёстким публичным заявлением, в котором отверг американо-иранское соглашение о прекращении огня как не обязывающее Израиль. «Соглашение Трампа нас не связывает. Израиль не подчиняется США, и мы являемся независимым и суверенным государством», — написал Бен-Гвир. Заявление стало наиболее резким публичным разрывом между израильским правительством и Вашингтоном с начала американо-иранского конфликта.</p><p>Бен-Гвир прямо назвал условия соглашения неприемлемыми для Израиля. Его ключевые требования: полное уничтожение «Хезболлы» — без частичного разоружения или отвода сил; сохранение всех территорий, занятых ЦАХАЛом в Ливане, без отступления «ни на дюйм»; сохранение права на удары по Дахие — южному пригороду Бейрута, штаб-квартире «Хезболлы» — в ответ на любой пуск дрона или ракеты из Ливана. «Каждый запуск дрона, БПЛА или ракеты в сторону Израиля из Ливана приведёт к удару Израиля по Дахие», — заявил министр, назвав это «балансом сдерживания, от которого мы ни в коем случае не можем отказаться».</p><p>Историческая аргументация Бен-Гвира апеллирует к трём прецедентам, которые израильские правые считают катастрофическими уступками. Соглашения Осло 1993–1995 годов, по его версии, создали условия для терроризма. Соглашение о прекращении огня в Ливане 2006 года позволило «Хезболле» перевооружиться и нарастить ракетный арсенал. Политика «сдерживания» в Газе завершилась атакой 7 октября 2023 года. Логика очевидна: каждый раз, когда Израиль останавливался под международным давлением, не добившись полного разгрома противника, это оборачивалось новой войной. Бен-Гвир настаивает, что нынешний момент — исторический, и требует «исторических решений».</p><p>Принципиально важен внутриполитический контекст заявления. Бен-Гвир — лидер партии «Оцма Иегудит» («Еврейская сила»), входящей в правящую коалицию Нетаньяху. Его партия контролирует 6 мест в кнессете — достаточно, чтобы обрушить коалицию, если Нетаньяху примет условия соглашения. Именно это делает заявление Бен-Гвира не просто риторикой, а политическим ультиматумом: премьер-министр оказывается между американским давлением с одной стороны и угрозой распада коалиции — с другой. Показательно, что Бен-Гвир прямо говорит: «Я говорю эти слова премьер-министру всё время и повторяю их в закрытых комнатах». Это публичное давление на Нетаньяху через СМИ.</p><p>Реакция Нетаньяху на момент публикации заявления Бен-Гвира остаётся молчаливой. Это само по себе красноречиво: премьер не поддержал министра, но и не опроверг его. Израильские СМИ сообщают, что кабинет безопасности обсуждает условия соглашения в закрытом режиме, а позиции министров существенно расходятся. Министр обороны Кац и министр иностранных дел Саар занимают более умеренную позицию, допуская возможность принятия соглашения при определённых гарантиях. Бен-Гвир и Смотрич — категорически против.</p><p>Американская реакция на заявление Бен-Гвира пока сдержанная. Белый дом ограничился комментарием о том, что «соглашение отвечает интересам всех сторон, включая Израиль». Трамп на протяжении всего конфликта балансировал между поддержкой Израиля и стремлением к сделке с Ираном — и теперь оказывается в ситуации, когда его ближайший союзник публично отвергает его главное дипломатическое достижение. Это создаёт серьёзную проблему для Вашингтона: соглашение с Ираном предусматривает прекращение огня «на всех фронтах, включая Израиль–Ливан», но Израиль этим соглашением не связан.</p><p>Заявление Бен-Гвира обнажает фундаментальное противоречие американо-иранской сделки: она заключена без участия Израиля — главного союзника США в регионе и главного объекта иранских угроз. Иран соглашается на прекращение огня с США, но не напрямую с Израилем. «Хезболла» формально является частью иранской «оси сопротивления», но самостоятельным актором. Если Израиль продолжит удары по Ливану, а «Хезболла» ответит ракетами — соглашение рухнет, не успев вступить в силу. Бен-Гвир, судя по всему, именно на это и рассчитывает.</p>
|
