<p>Заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин в конце апреля 2026 года сделал беспрецедентно жёсткое заявление о положении малого бизнеса в России. «Малому бизнесу надо надеяться на чудо, потому что по-другому им невозможно сейчас заниматься», — сказал депутат в эфире радио «Говорит Москва». По его словам, предприятия не могут противостоять государственной политике, которая фактически подавляет экономику: «На самом деле происходит удушение экономики России». Заявление прозвучало из уст действующего депутата правящей партии — что делает его особенно показательным.</p><p>Делягин описал механизм давления как «комбинированный удар» из трёх составляющих. Первая — дорогие кредиты: при ключевой ставке 14,5% реальные ставки по займам для малого бизнеса держатся на уровне 17–22%, что делает кредитование фактически недоступным. Вторая — внутренний монополизм: крупные сети и маркетплейсы вытесняют малый бизнес с рынков, пользуясь административным ресурсом и масштабом. Третья — «разрушительная внешняя конкуренция», под которой депутат подразумевает в том числе параллельный импорт и демпинг со стороны крупных торговых структур. В 2026 году к этому тройному удару добавилось повышение налогового давления — налоговая реформа, вступившая в силу с 1 января.</p><p>Цифры подтверждают слова депутата. По данным опроса «Опоры России», 94,7% предпринимателей отметили ухудшение ситуации в бизнесе, 70% зафиксировали падение выручки. Каждый третий — 31–33% — задумывается о закрытии или продаже бизнеса в 2026 году. Открытие новых ООО сократилось на 26% в 2025 году по сравнению с 2024-м, и спад продолжается. Ожидания бизнеса — наихудшие за всю историю наблюдений. Налоговая нагрузка в отдельных случаях достигает 100% от оборота — предприятие работает в ноль только для того, чтобы заплатить налоги.</p><p>Главным триггером нынешнего кризиса стала налоговая реформа 2026 года. Порог дохода для освобождения от НДС на упрощённой системе налогообложения снижен с 60 до 20 миллионов рублей в год — это означает, что сотни тысяч малых предприятий, ранее не являвшихся плательщиками НДС, теперь обязаны его платить. Одновременно выросли страховые взносы, ставка НДС повышена с 20% до 22%, а пороги для применения патентной системы сокращены. Госдума в апреле приняла ряд смягчающих поправок — в частности, доходы от банковских вкладов временно исключены из базы для расчёта порога УСН. Однако эксперты называют эти меры косметическими на фоне системного ужесточения.</p><p>Сам Делягин предложил радикальное решение: освободить малый и средний бизнес от всех налогов на пять лет по всей России, а для Дальнего Востока, Забайкалья и Арктики — на 20 лет. Аргументация: планируемые доходы бюджета от введения НДС для МСП составляют около 800 миллиардов рублей, однако они не будут получены — бизнес либо закроется, либо уйдёт в тень. При этом потери бюджета от патентов трудовых мигрантов, по оценке депутата, составляют около 1 триллиона рублей в год — сумма, превышающая ожидаемый эффект от налоговой реформы. Инициатива Делягина пока не оформлена в законопроект и не нашла поддержки в правительстве.</p><p>Позиция Делягина расходится с официальной риторикой. Министр экономического развития Максим Решетников 17 апреля назвал малый бизнес «главным двигателем структурных изменений экономики» и заверил, что государство его поддерживает. Однако реальность, которую фиксируют предприниматели, разительно отличается от министерских оценок. Малый бизнес массово уходит в тень: по данным регионального мониторинга, часть предпринимателей предпочитает работать неофициально, лишь бы не закрываться. Другие сокращают штат, урезают маркетинг и работают «на оборот» в режиме постоянного стресса. Прогноз закрытия только в сфере общепита — 380–420 заведений в 2026 году.</p><p>Заявление Делягина — симптом нарастающего разрыва между официальным оптимизмом и реальным положением дел в экономике. Когда действующий депутат Госдумы публично говорит об «удушении экономики» и советует предпринимателям «надеяться на чудо», это означает, что проблема вышла за рамки экспертных дискуссий и стала политической. Вопрос в том, последуют ли за словами конкретные законодательные решения — или малый бизнес действительно останется наедине с чудом.</p>
|
