<p>Лидеры Великобритании, Германии и Франции по итогам встречи с президентом Украины Владимиром Зеленским 7 июня 2026 года в Лондоне объявили о переходе к новому уровню военного сотрудничества с Киевом. Ключевое решение — совместная разработка и производство дальнобойных ударных систем и средств противовоздушной обороны, а также долгосрочная интеграция украинского оборонно-промышленного комплекса в европейскую военную отрасль. Премьер-министр Великобритании Кир Стармер, президент Франции Эмманюэль Макрон и канцлер Германии Фридрих Мерц подписали совместное заявление, в котором зафиксировали «острую необходимость наращивания производства перехватчиков и совместной разработки средств противоракетной обороны и дальнобойных ударных систем» для поддержки боеспособности ВСУ.</p><p>Наиболее конкретным финансовым решением саммита стал британский кредит в размере 1,6 миллиарда фунтов стерлингов — около 2 миллиардов долларов — на закупку более 5000 ракет ПВО для Украины. Ракеты будут производиться на предприятии в Белфасте, Северная Ирландия. Это не поставка со складов, а запуск новой производственной программы под конкретный украинский заказ — принципиально иная модель по сравнению с передачей имеющихся запасов. Параллельно Зеленский подтвердил подписание отдельного кредитного соглашения с Великобританией на производство вооружений непосредственно на территории Украины: «Деньги пойдут на производство оружия у нас», — заявил он.</p><p>Интеграция украинского ВПК в европейскую оборонную промышленность — стратегическая линия, которую Лондонский саммит закрепил политически, но которая реализуется уже несколько месяцев. В марте 2026 года Совет ЕС утвердил программу EDIP с бюджетом 1,5 миллиарда евро на 2025–2027 годы, в рамках которой создан специальный инструмент поддержки Украины на 300 миллионов евро — для восстановления и модернизации украинской оборонно-промышленной базы и её встраивания в европейские цепочки поставок. В 2026 году Украина планирует открыть не менее десяти совместных предприятий по производству вооружений в Европе — одно из них уже работает под Мюнхеном. Немецкое правительство подготовило десятипунктный план ускоренной интеграции: упрощение сертификации, гармонизация стандартов, включение украинских компаний в европейские консорциумы. По оценкам украинской стороны, суммарные инвестиции ЕС в украинский ВПК в 2026 году могут достигнуть 6 миллиардов евро.</p><p>Логика этой интеграции двусторонняя. Европа получает доступ к боевому опыту Украины — самому масштабному в мире за последние десятилетия — и к технологиям, прошедшим реальную проверку на фронте, прежде всего в сфере БПЛА и средств РЭБ. Украина получает финансирование, производственные мощности и стандарты, позволяющие выйти на европейский оборонный рынок. Аналитики описывают формирующуюся модель как «союз, где украинские силы обороны рассматриваются как опорный элемент для европейской безопасности» — не просто получатель помощи, а полноправный участник общей оборонной архитектуры.</p><p>Лондонский саммит принял и политическое измерение: лидеры «евротройки» совместно с Зеленским опубликовали документ с пятью условиями «справедливого и прочного мира». Среди них — немедленное прекращение огня, признание текущей линии соприкосновения отправной точкой для переговоров без изменения границ силой, юридически обязывающие гарантии безопасности для Украины, сохранение заморозки российских активов до выплаты компенсаций и учёт интересов европейской безопасности в любом урегулировании. Отдельно зафиксировано, что европейские страны должны активно участвовать в будущих переговорах наравне с США.</p><p>Реакция Москвы последовала незамедлительно. Министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что документ, предусматривающий поставки дальнобойного оружия и подготовку стабилизационных сил, «несовместим с переговорным процессом», добавив, что исход конфликта определяется «на фронте, а не за столом переговоров». Принципиальное противоречие между Лондонским документом и российской позицией очевидно: «евротройка» настаивает на том, что границы не могут меняться силой и что Украина получит юридические гарантии безопасности. Москва требует признания территориальных приобретений и отказа Украины от западной военной поддержки. Два этих набора условий несовместимы — и именно поэтому военное измерение Лондонского саммита, судя по всему, будет реализовываться параллельно с дипломатическим, а не вместо него.</p>
|
