<p>Министр иностранных дел России Сергей Лавров 24 июня 2026 года на форуме «Примаковские чтения» в Москве заявил, что США намерены выкупить европейскую долю в газопроводах «Северный поток» и «Северный поток — 2», восстановить повреждённую инфраструктуру и использовать её для перепродажи российского газа европейским потребителям с наценкой. «По этим трубам ничего, кроме нашего газа, качать нельзя», — подчеркнул Лавров, добавив, что американцы хотят приобрести европейские доли «раз в десять дешевле», чем в них было вложено, и таким образом получить контроль над ценообразованием на газовом рынке Европы.</p><p>Чтобы понять, о каких именно активах идёт речь, необходимо разобраться в структуре собственности. «Северный поток — 1» принадлежит швейцарской компании Nord Stream AG, контрольный пакет которой — 51 процент — находится у «Газпрома». Оставшиеся 49 процентов распределены между четырьмя европейскими компаниями: немецкой Wintershall Dea (дочерняя структура BASF) — 15,5 процента, немецкой PEG Infrastruktur (структура E.ON) — 15,5 процента, нидерландской Gasunie — 9 процентов и французской ENGIE — 9 процентов. «Северный поток — 2» устроен иначе: оператор Nord Stream 2 AG на 100 процентов принадлежит «Газпрому», а европейские компании — Wintershall Dea, Shell, Uniper, OMV и ENGIE — выступали лишь кредиторами, вложившими в совокупности около 4,75 миллиарда евро. Именно эти европейские доли и долговые позиции Лавров называет объектом американского интереса.</p><p>После взрывов в сентябре 2022 года, уничтоживших три из четырёх ниток газопроводов, европейские акционеры и кредиторы списали свои вложения как безвозвратные потери. E.ON полностью обесценил свою долю ещё в 2023 году. Wintershall Dea зафиксировала убытки по обоим проектам. Рыночная стоимость этих активов на бумаге стремится к нулю — трубы лежат на дне Балтийского моря с пробоинами, судьба расследования не определена, санкции против России действуют. Именно в этом контексте Лавров говорит о «бесценке»: американцы якобы рассчитывают выкупить обесценившиеся доли по символической цене, а затем заработать на восстановлении и эксплуатации.</p><p>Важно понимать статус этого заявления. Лавров не ссылается на конкретные переговоры, документы или официальные американские предложения — он излагает российскую интерпретацию американских намерений. Вашингтон подобных планов официально не подтверждал. Пентагон и Государственный департамент неоднократно отрицали причастность США к самим взрывам. Тем не менее заявление Лаврова не является беспочвенным в своей логике: Трамп с первых дней второго срока последовательно давил на европейских союзников с требованием наращивать закупки американского сжиженного природного газа. «Покупайте наш СПГ или платите пошлины» — эта формула звучала на переговорах с Германией, Францией и Польшей. Контроль над «Северными потоками» вписывался бы в эту стратегию: вместо конкуренции с российским трубопроводным газом — контроль над самим трубопроводом.</p><p>Технически сценарий восстановления «Северных потоков» крайне сложен. Три нитки из четырёх повреждены взрывами. Ремонт на глубине 70–80 метров в условиях Балтийского моря потребует специализированного оборудования, многолетних работ и многомиллиардных инвестиций. Кроме того, любое восстановление потребует снятия санкций против «Газпрома» — иначе прокачка российского газа будет незаконной для европейских компаний. Это политически невозможно при нынешней конфигурации отношений между Западом и Россией — если только мирное урегулирование на Украине не изменит санкционный режим кардинально. Именно здесь заявление Лаврова приобретает дополнительный смысл: оно вписывается в более широкий нарратив о том, что США заинтересованы в урегулировании украинского конфликта не из альтруизма, а ради экономических выгод — в том числе контроля над европейской энергетической инфраструктурой.</p><p>Германия, Федеральный суд которой в январе 2026 года констатировал, что подрыв «с высокой долей вероятности был осуществлён по приказу иностранного правительства», официально не назвала это государство. Расследования Швеции и Дании завершились без публичного установления виновных. В этом правовом вакууме заявление Лаврова о том, что США хотят «заработать» на восстановлении взорванных ими же труб, — это не просто экономический тезис, но и элемент информационной войны: Москва последовательно продвигает версию об американской причастности к диверсии, а теперь добавляет к ней коммерческий мотив. Доказательств этой версии в открытом доступе нет — но и опровергнуть её официально никто не смог.</p>
|
