<p>Компания КРОС опубликовала очередной выпуск «Национального индекса тревожностей», согласно которому ограничения интернета вышли на первое место среди главных страхов россиян в 2026 году. Показатель тревожности по этой теме вдвое превысил уровень, зафиксированный в период пандемии коронавируса в 2020 году. Эксперты объясняют это тем, что блокировки и замедления сети затронули не только доступ к информации, но и повседневную жизнь миллионов людей — от рабочих инструментов до бытовых сервисов.</p><p>«Национальный индекс тревожностей» КРОС — ежеквартальное исследование, которое анализирует доминирующие страхи россиян на основе данных из СМИ и социальных сетей. Методология учитывает два параметра: медиаиндекс — присутствие темы в традиционных СМИ — и соцмедиаиндекс — интенсивность обсуждений в социальных сетях. Отдельно рассчитывается «индекс приживаемости»: если соцмедиаиндекс превышает медиаиндекс, это означает, что тревога живёт в обществе глубже, чем её освещают официальные медиа. Именно высокий индекс приживаемости по теме интернет-ограничений свидетельствует: люди обсуждают проблему в разы активнее, чем о ней пишут СМИ.</p><p>Реальный масштаб ограничений объясняет, почему тема вызывает столь острую реакцию. К маю 2026 года Роскомнадзор заблокировал около 440 VPN-сервисов — рост на 70% по сравнению с октябрём 2025 года, когда их насчитывалось 258. Полностью заблокированы или работают с критическими перебоями: Instagram, Facebook, X (бывший Twitter), Discord, Signal, Viber, Snapchat. YouTube замедлен до состояния практической непригодности. В Telegram заблокированы голосовые и видеозвонки. WhatsApp работает нестабильно. С марта–апреля 2026 года зафиксированы масштабные отключения домашнего интернета в более чем 30 городах. В начале 2026 года началось внедрение «белых списков»: в ряде регионов доступны только одобренные государством ресурсы — Госуслуги, банки, маркетплейсы, ВКонтакте.</p><p>Принципиальное отличие нынешней ситуации от пандемии 2020 года — в природе угрозы. Коронавирус был внешней бедой, которая ограничивала физическую свободу передвижения, но не затрагивала цифровое пространство — напротив, интернет тогда стал спасением: люди работали удалённо, общались онлайн, получали услуги через приложения. Теперь ограничивается именно это пространство. Под удар попали рабочие инструменты: дизайнеры лишились Figma, разработчики — части зарубежных репозиториев, фрилансеры — международных платформ. Нарушена привычная коммуникация: часть семей и рабочих коллективов использовала заблокированные мессенджеры. Пострадал бизнес: интернет-магазины, зависящие от зарубежных CDN-сервисов вроде Cloudflare, периодически становятся недоступны.</p><p>Загрузки VPN-приложений в России в апреле 2026 года достигли рекордных значений — несмотря на то что Роскомнадзор блокирует сами VPN-сервисы. По данным аналитиков CNews, россияне скачивают новые VPN-клиенты быстрее, чем регулятор успевает их блокировать. Это само по себе является социологическим показателем: массовое использование инструментов обхода блокировок свидетельствует о том, что ограничения воспринимаются не как норма, а как проблема, требующая решения.</p><p>Исследование КРОС фиксирует и качественное изменение характера тревоги. Если в 2020–2022 годах доминировали страхи геополитические и экономические — война, санкции, инфляция, — то теперь на первый план выходит бытовое измерение: невозможность пользоваться привычными сервисами, потеря доступа к информации, ощущение цифровой изоляции. Это тревога не абстрактная, а ежедневная — возникающая каждый раз, когда страница не загружается, звонок не проходит или приложение выдаёт ошибку. Именно поэтому индекс приживаемости по теме интернет-ограничений оказался столь высоким: люди не просто читают об этом в новостях — они сталкиваются с этим каждый день.</p>
|
