<p>Непрямые переговоры между США и Ираном вышли на новый уровень: 23–24 марта 2026 года в Маскате состоялся первый раунд закрытых консультаций при посредничестве Омана. Американскую делегацию возглавил спецпосланник президента Стив Уиткофф, иранскую — заместитель министра иностранных дел Маджид Тахт-Раванчи. Стороны не встречались напрямую: переговоры велись в формате «челночной дипломатии» — оманские посредники курсировали между делегациями в разных залах одного здания.</p><p>Иран выдвинул три ключевых условия для прекращения огня и начала полноценных переговоров. Первое — немедленное снятие всех американских санкций, введённых после 2018 года, включая нефтяное эмбарго. Второе — письменные гарантии безопасности режима: Тегеран требует юридически обязывающих обязательств США не добиваться смены власти в Иране. Третье — вывод американских войск из Персидского залива в течение шести месяцев после подписания соглашения. Ормузский пролив Иран готов разблокировать лишь после выполнения первого условия — снятия санкций.</p><p>Американская сторона эти условия в нынешнем виде отвергла. По данным источников Reuters, Уиткофф предложил поэтапную схему: частичное снятие санкций в обмен на немедленную разблокировку Ормуза, заморозку ядерной программы и прекращение поставок оружия хуситам и «Хезболле». Вопрос о гарантиях безопасности режима американская сторона готова обсуждать — но только на более позднем этапе и без юридически обязывающих формулировок. Вывод войск из Персидского залива Вашингтон отверг категорически.</p><p>Ключевым камнем преткновения остаётся ядерная программа. США и Израиль настаивают на полном прекращении обогащения урана и демонтаже центрифуг — фактически на ликвидации всей ядерной инфраструктуры Ирана. Тегеран готов обсуждать лишь ограничение обогащения до уровня 20% и усиленный мониторинг МАГАТЭ — но не полный отказ от программы, которую иранское руководство считает стратегическим активом и гарантией выживания режима. После израильских ударов по Натанзу и Исфахану в марте иранские переговорщики, по данным источников, заняли ещё более жёсткую позицию: «Нас бомбят — и одновременно требуют разоружиться».</p><p>Оман традиционно выступает посредником между Вашингтоном и Тегераном — именно через Маскат в 2013 году были организованы тайные переговоры, приведшие к ядерной сделке 2015 года. Нынешний раунд консультаций проходит в принципиально иных условиях: стороны ведут активные боевые действия, Израиль наносит удары по иранским ядерным объектам, а Иран 22 марта атаковал Димону — город, где расположен израильский ядерный реактор. Переговоры и война идут параллельно, что делает дипломатический прогресс крайне затруднённым.</p><p>Пятидневная пауза в ударах по иранской энергетике, объявленная Трампом 23 марта, истекает 28 марта. Если к этому моменту стороны не достигнут хотя бы рамочного соглашения о прекращении огня, Белый дом, по данным источников в администрации, вернётся к плану ударов по иранским электростанциям. Следующий раунд переговоров в Маскате предварительно намечен на 26–27 марта. Времени остаётся крайне мало — и обе стороны это понимают.</p>
|
