<p>Утром 8 апреля 2026 года президент США Дональд Трамп объявил о «полной и окончательной победе» Соединённых Штатов после достижения двухнедельного перемирия с Ираном. «Полная и окончательная победа. 100 процентов. Без сомнения», — написал Трамп в Truth Social. Иран немедленно ответил зеркально: Высший совет национальной безопасности страны заявил о «великой победе» Тегерана и «сокрушительном поражении» Вашингтона. Обе стороны праздновали победу в одном и том же соглашении — что само по себе красноречиво характеризует его содержание.</p><p>Белый дом обосновал победный нарратив выполнением всех военных целей операции «Эпическая ярость»: уничтожением значительной части иранской ракетной инфраструктуры, ударами по ядерным объектам и принуждением Тегерана к переговорам. Трамп подчеркнул, что Иран согласился гарантировать безопасность судоходства в Ормузском проливе на период перемирия — именно это требование было центральным в его ультиматумах последних недель. По словам президента, «почти все ключевые разногласия уже урегулированы», а двухнедельный период позволит оформить окончательное соглашение.</p><p>Иранская версия событий диаметрально противоположна. Высший совет национальной безопасности заявил, что США «потерпели неоспоримое, историческое и сокрушительное поражение», вынужденно согласившись на иранский десятипунктный план. По версии Тегерана, Вашингтон обязался: сохранить контроль Ирана над Ормузским проливом, выплатить компенсации, вывести войска с Ближнего Востока, отменить санкции, разморозить иранские активы, признать право на обогащение урана и прекратить боевые действия на всех фронтах — включая Ливан. Иранская сторона особо подчеркнула: перемирие не означает конца войны, и любая «малейшая ошибка» США повлечёт ответ «с полной силой».</p><p>Расхождение в интерпретациях — не случайность, а отражение реального содержания соглашения. Десятипунктный иранский план, который США приняли как «жизнеспособную основу для переговоров», содержит требования, которые Вашингтон публично никогда не признавал выполненными. Признание права на обогащение урана, вывод войск из региона, выплата компенсаций — всё это противоречит официальной позиции американской администрации. Трамп, судя по всему, согласился обсуждать эти пункты на переговорах — что Иран трактует как принятие условий, а Белый дом — как открытие дипломатического канала.</p><p>Ключевую роль в достижении перемирия сыграл Пакистан. Премьер-министр Шехбаз Шариф и начальник штаба армии фельдмаршал Асим Мунир выступили посредниками между сторонами в критические ночные часы, когда B-52 уже находились в воздухе. Именно Исламабад предложил площадку для переговоров: первый раунд запланирован на 10 апреля. Со стороны США ожидается участие спецпосланника Стива Уиткоффа, Джареда Кушнера и вице-президента Джей Ди Вэнса. Иранскую делегацию возглавит, по имеющимся данным, спикер парламента Мохаммад-Багер Галибаф — тот самый, кто ещё двое суток назад обвинял США в военных преступлениях.</p><p>В самом Вашингтоне перемирие встретило неоднозначную реакцию. Часть республиканских ястребов назвала его «катастрофой» — по их мнению, Трамп остановился в шаге от полной капитуляции Ирана. Демократы указывают на противоречие между победными заявлениями и реальным содержанием соглашения. Израиль, по имеющимся данным, присоединится к перемирию — хотя Тель-Авив изначально выступал против любых переговоров с Тегераном без полного уничтожения иранской ядерной программы.</p><p>Две недели, отведённые на переговоры, — крайне сжатый срок для урегулирования конфликта, в котором стороны расходятся буквально по каждому пункту. Трамп обещает «близкое решение» — но именно такие обещания он давал перед каждым из четырёх предыдущих ультиматумов. 10 апреля в Исламабаде станет первым реальным тестом того, существует ли за взаимными победными заявлениями хоть какая-то общая почва для мира.</p>
|
