<p>В ночь на 8 апреля 2026 года, когда американские стратегические бомбардировщики B-52H уже находились в воздухе над Средиземноморьем, Дональд Трамп объявил о согласии на двухнедельное прекращение огня с Ираном. Президент США сообщил, что Тегеран передал Вашингтону предложение из десяти пунктов, которое служит «жизнеспособной основой для переговоров». Перемирие будет двусторонним, а Иран якобы согласился гарантировать безопасность судоходства в Ормузском проливе. За две недели стороны намерены подготовить окончательный вариант договорённости.</p><p>Развязка наступила буквально в последние минуты. Дедлайн, установленный Трампом, истёк в 20:00 по восточному времени 7 апреля — около трёх часов ночи по московскому. Именно в этот момент в воздух поднялись B-52H с авиабазы RAF Fairford в Великобритании, наблюдатели фиксировали их над Сицилией. Весь мир замер в ожидании ударов по иранской энергетической инфраструктуре — электростанциям, мостам и нефтеперерабатывающим заводам, о которых Трамп предупреждал накануне.</p><p>Ключевую роль посредника сыграл Пакистан. Премьер-министр Шехбаз Шариф лично обратился к Трампу с просьбой продлить дедлайн на две недели и попросил Иран открыть Ормузский пролив как жест доброй воли. Белый дом подтвердил, что Трамп ознакомился с предложением. Параллельно Иран через пакистанский канал передал американской стороне десятипунктный план урегулирования — документ, который NYT описала как охватывающий полное завершение войны, гарантии ненападения, прекращение ударов по союзникам Тегерана, снятие санкций и условия возобновления судоходства в проливе.</p><p>Ещё несколько часов назад казалось, что никакого перемирия не будет. Иран разорвал прямые контакты с американскими переговорщиками после угрозы Трампа «уничтожить иранскую цивилизацию за одну ночь». Аятолла Хаменеи публично отверг капитуляцию, назвав угрозы «блефом обречённой империи». Тегеран отверг предыдущие предложения о 48-часовом и 45-дневном прекращении огня, настаивая на полном урегулировании как единственно приемлемом формате. Генсек ООН Антониу Гутерреш выступил с экстренным заявлением, предупредив, что «не существует военной цели, оправдывающей уничтожение гражданской инфраструктуры».</p><p>Что именно переломило ситуацию — взлёт B-52 или пакистанская дипломатия — пока неизвестно. Вероятнее всего, оба фактора сработали одновременно: Тегеран увидел, что бомбардировщики действительно в воздухе, и принял решение передать десятипунктный план, который прежде отвергал как недостаточный для немедленного рассмотрения. Трамп, в свою очередь, получил документ, позволяющий объявить о дипломатическом успехе, не нанося ударов по гражданской инфраструктуре — что грозило международной изоляцией и обвинениями в военных преступлениях.</p><p>Двухнедельное перемирие — не мир и не капитуляция ни одной из сторон. Иран сохраняет ядерную программу и не признаёт поражения. США не отказываются от требований по Ормузу и денуклеаризации. Принципиальные противоречия никуда не делись — стороны лишь договорились не стрелять друг в друга, пока дипломаты работают над текстом соглашения. Прецедент тревожный: за полтора месяца конфликта это уже четвёртый ультиматум Трампа и четвёртое его фактическое неисполнение — каждый раз в последний момент находился дипломатический выход. Вопрос в том, будет ли пятый раз — или за две недели стороны действительно выйдут на финальную договорённость.</p>
|