Налоговые поступления России от нефтяной отрасли в апреле 2026 года могут удвоиться по сравнению с мартом — до около 700 миллиардов рублей против 327 миллиардов месяцем ранее. В долларовом эквиваленте это около 9 миллиардов долларов. Об этом сообщает Reuters со ссылкой на расчёты аналитиков и данные о налоговых выплатах нефтяных компаний. Главная причина — резкий скачок мировых цен на нефть на фоне иранского конфликта и фактической блокады Ормузского пролива.
Механизм прост: когда Иран перекрыл Ормузский пролив, через который проходит около 33% мирового морского экспорта нефти, мировые котировки взлетели. Brent в разгар кризиса достигала 109,9 доллара за баррель — рост примерно на 55% относительно довоенного уровня в 73 доллара. Российская нефть марки Urals традиционно торгуется с дисконтом к Brent, однако и она существенно подорожала — до 80–90 долларов за баррель. Именно этот ценовой скачок транслируется в налоговые поступления: НДПИ и экспортные пошлины рассчитываются исходя из рыночных цен, поэтому рост котировок напрямую увеличивает бюджетные доходы.
Российский нефтяной экспорт при этом практически не пострадал от ормузского кризиса. Основные маршруты поставок российской нефти проходят через Балтийское и Чёрное моря, арктические порты и трубопроводы — Ормузский пролив для них не критичен. Пока арабские экспортёры — Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт, Ирак — были вынуждены сокращать поставки или искать обходные маршруты, Россия продолжала отгружать нефть в прежних объёмах по резко выросшим ценам. Это классическая ситуация, при которой геополитический кризис в регионе, где Россия не является прямым участником, приносит ей значительные финансовые дивиденды.
Апрельский скачок доходов особенно важен в контексте бюджетной ситуации. Федеральный бюджет России на 2026 год сформирован с дефицитом и рассчитан исходя из базовой цены нефти около 70 долларов за баррель. При ценах выше этой отметки сверхдоходы поступают в Фонд национального благосостояния. Апрельские поступления в 700 миллиардов рублей означают, что только за один месяц бюджет получит сумму, сопоставимую с двухмесячным планом нефтяных доходов. Это существенно улучшает исполнение бюджета и снижает давление на ФНБ, который активно расходовался в предыдущие периоды низких цен.
Однако апрельский бонус может оказаться разовым. Перемирие между США и Ираном, объявленное 8 апреля, уже обрушило нефтяные котировки: Brent упала с 109,9 до 93–95 долларов за баррель — снижение на 13–16% за сутки. Если переговоры в Исламабаде, начавшиеся 10 апреля, приведут к реальному открытию Ормузского пролива, цены продолжат снижаться. Аналитики прогнозируют возврат Brent к 75–85 долларам при полном урегулировании конфликта — что автоматически сократит российские нефтяные доходы в мае-июне. Апрельские 700 миллиардов рублей сформированы по ценам пика кризиса, которые уже уходят в прошлое.
Дополнительный риск — санкционное давление на российский теневой флот. Великобритания в марте объявила о политике перехвата подсанкционных танкеров, хотя первая же попытка её реализации провалилась: российский фрегат «Адмирал Григорович» 8 апреля провёл два танкера через Ла-Манш без какого-либо противодействия со стороны британских ВМС. США и ЕС продолжают вводить новые санкции против судов теневого флота — однако пока эти меры повышают издержки, но не останавливают экспорт.
Апрельский скачок нефтяных доходов наглядно демонстрирует парадокс российской экономики военного времени: чем острее геополитический кризис на Ближнем Востоке, тем лучше наполняется российская казна. Иранский конфликт, унёсший тысячи жизней и поставивший мир на грань ядерной катастрофы, обернулся для Москвы неожиданным финансовым подарком — почти в 400 миллиардов рублей дополнительных доходов только за один месяц.
