Петер Мадьяр, лидер партии «Тиса», одержавшей сокрушительную победу на парламентских выборах в Венгрии 12 апреля 2026 года, выступил за прямые переговоры с президентом России Владимиром Путиным. «Нам придётся сесть за стол переговоров с российским президентом. Географическое положение ни России, ни Венгрии не изменится», — заявил Мадьяр на митинге сторонников. Одновременно он подтвердил отказ от поставок оружия Украине и выступил против ускоренного вступления Киева в Евросоюз. Об этом сообщает Politico.

Заявление прозвучало на следующий день после исторической победы «Тисы»: партия завоевала 138 из 199 мандатов в венгерском парламенте при рекордной явке — более 77,8%. Это конституционное большинство, позволяющее вносить поправки в основной закон без согласия других партий. «Фидес» Виктора Орбана получила лишь 54–55 мест. Орбан признал поражение, назвав его «болезненным», и поздравил Мадьяра. Шестнадцатилетнее правление Орбана завершилось — Мадьяр в течение 30 дней будет избран новым премьер-министром.

Однако те, кто ожидал от победы «Тисы» радикального разворота венгерской внешней политики, рискуют разочароваться. Мадьяр — правоцентрист и член фракции Европейской народной партии в Европарламенте — действительно ориентирован на Брюссель значительно сильнее, чем Орбан. Но по ключевым вопросам украинского конфликта его позиция оказывается неожиданно близкой к позиции предшественника. Мадьяр категорически против поставок венгерского оружия или финансовых средств Киеву. Ускоренное вступление Украины в ЕС он считает рискованным шагом, способным эскалировать конфликт. Членство Украины в НАТО, по его словам, и вовсе может стать триггером Третьей мировой войны.

Энергетическая зависимость Венгрии от России — ключевой аргумент Мадьяра в пользу диалога с Москвой. Страна критически зависит от российских нефти и газа: нефтепровод «Дружба» обеспечивает большую часть венгерских потребностей, а атомная электростанция «Пакш», построенная ещё в советское время, работает на российском топливе. Мадьяр обещает диверсификацию энергетики в долгосрочной перспективе — но признаёт, что поставки по «Дружбе» сохранятся как минимум до 2035 года. Это делает разрыв с Москвой экономически невозможным вне зависимости от политических предпочтений нового премьера.

Позиция Мадьяра по России принципиально отличается от орбановской по форме, но не по существу. Орбан открыто симпатизировал Путину, блокировал санкции ЕС и выступал рупором Москвы внутри европейских институтов. Мадьяр признаёт Россию агрессором и считает оборону Украины оправданной — но при этом возлагает часть ответственности за конфликт на Запад, указывая на размещение ракет вблизи российских границ. Он обещает прагматичные, а не идеологические отношения с Москвой — без вмешательства во внутренние дела, но и без союзнической близости. Для Брюсселя это лучше, чем Орбан, — но далеко не то, на что рассчитывали наиболее оптимистичные сторонники «Тисы».

Реакция европейских столиц на заявления Мадьяра оказалась сдержанной. ЕС действительно оказался в ловушке: победа «Тисы» воспринималась как освобождение от орбановского вето — но теперь выясняется, что новый венгерский лидер не готов автоматически поддерживать европейский консенсус по Украине. Зеленский, поздравивший Мадьяра с победой, теперь столкнётся с тем, что Будапешт по-прежнему будет блокировать или тормозить решения, затрагивающие интересы венгерского меньшинства на Украине и энергетические контракты с Россией.

Для Москвы победа Мадьяра — неоднозначный сигнал. С одной стороны, новый венгерский премьер не будет союзником Кремля в европейских институтах так, как им был Орбан. С другой — его прагматичная позиция по переговорам, отказ от поставок оружия Украине и энергетическая зависимость от России оставляют Будапешт в роли неудобного, но потенциально полезного собеседника. Мадьяр уже дал понять: разговор с Путиным неизбежен — вопрос лишь в том, на каких условиях он состоится.