Министр обороны Польши Владислав Косиняк-Камыш заявил, что украинцы призывного возраста, проживающие в Польше, «должны вернуться на Украину» для пополнения рядов Вооружённых сил. По его словам, Польша готова помочь Киеву вернуть военнообязанных мужчин и идентифицировать их, если Украина официально обратится с такой просьбой. Заявление прозвучало на фоне продолжающейся дискуссии в ЕС об ограничении временной защиты для украинских мужчин призывного возраста.

Прежде чем оценивать значимость этих слов, необходимо чётко разграничить политическое заявление и юридическую реальность. Косиняк-Камыш не объявил о принятом решении — он обозначил политическую позицию. Никакого механизма принудительного возвращения украинских мужчин из Польши не существует. Польша официально заявляла, что не получала от Украины официальных запросов о возвращении военнообязанных. Посол Польши в Украине Ярослав Гузы прямо сказал, что «принудительно выселять украинцев не собираются» и «довольно трудно представить», что Польша будет возвращать их насильно.

Масштаб проблемы, которую пытается решить Косиняк-Камыш, действительно значителен. По данным Евростата, по состоянию на 30 апреля 2026 года в Польше находился 971 255 украинцев со статусом временной защиты. Общее число граждан Украины в стране, включая тех, кто живёт по другим основаниям, превышает 1,5 миллиона человек. Точных данных о том, сколько среди них мужчин призывного возраста — от 25 до 60 лет по украинскому закону о мобилизации, — официальная статистика не публикует. По косвенным оценкам, речь может идти о сотнях тысяч человек.

Позиция Польши по этому вопросу внутренне противоречива. С одной стороны, Косиняк-Камыш и ряд других польских политиков публично призывают украинских мужчин вернуться. Польша поддерживает инициативу ограничить или отменить временную защиту для украинских мужчин призывного возраста на уровне ЕС — эта дискуссия активно ведётся в Брюсселе с начала 2026 года. По данным украинского издания «Гордон», в Польше уже стали чаще отказывать украинцам в предоставлении временной защиты. С другой стороны, глава МВД Польши Марцин Кервиньский заявлял, что страна «продлит защиту для беженцев, в том числе мужчин без документов» и не будет депортировать украинцев без паспорта. Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский назвал принудительную передачу призывников Украине «этически сомнительным шагом».

Правовая рамка на сегодняшний день выглядит следующим образом. Статус временной защиты для украинцев в Польше продлён до 4 марта 2027 года — это закреплено польским законом от 23 января 2026 года. Мужчины призывного возраста формально подпадают под эту защиту наравне с остальными. Однако с марта 2026 года старый механизм PESEL UKR прекратил действие: украинцы, желающие остаться в Польше, должны переходить на стандартные основания — трудовой договор, учёба, воссоединение семьи. Параллельно Украина с апреля 2024 года ограничила консульские услуги для мужчин 18–60 лет за рубежом: продлить или получить новый паспорт за пределами Украины практически невозможно. Это создаёт ловушку: мужчина остаётся в Польше, его украинские документы истекают, продлить их через консульство нельзя — и он оказывается в правовой серой зоне.

Именно к этой категории — тем, у кого истёк срок законного пребывания, — Косиняк-Камыш и относил возможность депортации. «Военнообязанные украинские мужчины, у которых истечёт срок законного пребывания в Польше, будут депортированы, а право на пребывание не будет восстановлено», — уточнял он ранее. На вопрос о том, будут ли их перевозить обратно в Украину, ответил: «Всё возможно». Это не массовая высылка — это угроза тем, кто окажется без легального статуса.

Дискуссия о возвращении украинских мужчин из Европы обострилась на фоне нарастающего дефицита личного состава в ВСУ. По данным западных аналитиков, Украина ежемесячно теряет от 25 до 35 тысяч военнослужащих убитыми и ранеными. Мобилизационный ресурс внутри страны сокращается. Именно поэтому Киев последовательно ужесточает воинский учёт за рубежом: военнообязанные, выехавшие более чем на три месяца, обязаны вставать на учёт в консульствах. Однако принудить европейские страны к массовой высылке украинских мужчин Киев не может — это суверенное решение каждого государства. Заявление Косиняк-Камыша — политический сигнал поддержки Украины, но не юридически обязывающее решение.