Правительство Великобритании 16 июня 2026 года объявило о выделении 210 миллионов фунтов стерлингов — около 280 миллионов долларов — через государственное агентство UK Export Finance для финансирования поставок обогащённого урана на украинские атомные электростанции. Соглашение заключено между британской компанией Urenco и украинским оператором АЭС НАЭК «Энергоатом» и рассчитано на два года — 2026–2028. Объявление было сделано в ходе встречи премьер-министра Кира Стармера и президента Украины Владимира Зеленского на полях саммита G7 в Канаде.

Речь идёт не о военном уране и не о ядерном оружии — это топливо для мирных атомных реакторов. Обогащённый уран, о котором идёт речь, имеет степень обогащения около 4–5 процентов по изотопу U-235 — стандартное топливо для реакторов типа ВВЭР, которые установлены на украинских АЭС. Для сравнения: оружейный уран обогащается до 90 процентов и выше. Тем не менее сам факт поставок обогащённого ядерного материала в страну, ведущую войну, — событие беспрецедентное по масштабу и политической символике.

Цепочка поставок выглядит следующим образом. Urenco — британско-европейский консорциум с заводами в Великобритании, Германии, Нидерландах и США — обогащает природный уран методом газовой центрифуги. Обогащённый продукт направляется на завод американской компании Westinghouse в Швеции, где из него изготавливаются тепловыделяющие сборки — готовое ядерное топливо для реакторов. Эти сборки затем поставляются «Энергоатому» для загрузки в реакторы украинских АЭС. Параллельно в 2026 году планируется запуск собственного производства ядерного топлива по технологии Westinghouse непосредственно на территории Украины — что сделает страну ещё менее зависимой от импорта готовых сборок.

Стратегический смысл сделки — полный разрыв украинской атомной энергетики с российским «Росатомом». До 2022 года Украина получала ядерное топливо преимущественно от российского производителя ТВЭЛ — дочерней структуры «Росатома». Часть украинского природного урана отправлялась на обогащение в Россию, а затем возвращалась в виде готовых тепловыделяющих сборок. После начала полномасштабного вторжения «Энергоатом» объявил о полном отказе от российского топлива и переходе на сборки Westinghouse. Долгосрочный контракт с Urenco, подписанный в 2023 году и продлённый до 2035 года с возможностью пролонгации до 2043-го, стал инфраструктурной основой этого перехода. Британский пакет на 280 миллионов долларов — финансовый инструмент, обеспечивающий бесперебойность поставок в ближайшие два года.

Украина располагает собственными запасами природного урана — страна входит в десятку крупнейших производителей уранового сырья в мире. Добыча ведётся на Смолинском, Ватутинском и Мичуринском месторождениях в Кировоградской области. В 2023 году «Энергоатом» подписал соглашение с канадской Cameco: украинский природный уран будет направляться на обогащение к западным партнёрам, а не в Россию. Таким образом, к 2026–2027 годам формируется полностью западная топливная цепочка: украинское сырьё — обогащение Urenco — производство сборок Westinghouse — украинские реакторы.

Практическое значение этой цепочки трудно переоценить. Атомные электростанции обеспечивают около 55–60 процентов производства электроэнергии в Украине. В условиях систематических российских ударов по тепловой и гидроэнергетике именно АЭС остаются наиболее устойчивым источником электроснабжения страны. Перебои в поставках ядерного топлива означали бы остановку реакторов и катастрофический дефицит электроэнергии — особенно критичный в зимний период. Британский пакет страхует Украину от этого сценария на ближайшие два года.

Россия, утратившая статус поставщика ядерного топлива для украинских АЭС, реагирует на происходящее болезненно. «Росатом» на протяжении десятилетий получал значительные доходы от обслуживания украинских реакторов — советской постройки, изначально рассчитанных именно на российское топливо. Переход на Westinghouse потребовал технической адаптации реакторов и занял несколько лет. Теперь этот процесс завершён: украинская атомная энергетика де-факто вышла из российской орбиты — и британские 280 миллионов долларов закрепляют этот разрыв на годы вперёд.