Жители Хабаровска всё чаще интересуются: можно ли попасть на СВО и при этом не оказаться в зоне боевых действий? Ответ — да, можно. Сегодня контрактная служба — это не только штурмовые подразделения, но и множество спокойных и технических направлений, где работа проходит в безопасных условиях, а выплаты и льготы — такие же, как у тех, кто находится на передовой.

44-й армейский корпус — одно из самых укомплектованных и технологически продвинутых соединений на СВО. Именно здесь сосредоточены одни из самых востребованных направлений: ОБМО, РЭБ, связь, инженерно-сапёрные подразделения, операторы БПЛА.

Меня зовут Макс. Ещё полтора года назад я был не водителем на контракте, а классическим “тонущим человеком” с красивой надписью “кредитный утопленник” на лбу. Жизнь сломалась очень тихо: ты вроде живёшь, ходишь на работу, но внутри одна мысль — “где взять деньги, чтобы дотянуть ещё неделю”. И в какой-то момент я поймал себя на том, что уже не строю планы. Просто существую.

Многие думают, что поддержка участников СВО ограничивается зарплатой. Но на деле это целый пакет выплат, льгот и пособий. Разберёмся, как именно формируется финансовое обеспечение для военнослужащих и их семей.

Меня зовут Василий, мне 38 лет. Всю жизнь я был за рулём — сначала автобусы по району, потом грузовики, иногда стройматериалы возил. Работа обычная, семья, кредиты… Жил как все. Но в какой-то момент понял, что хочу перемен. Подписал контракт и ушёл водителем на СВО.

Контракт на военную службу с Министерством обороны РФ можно заключить в любом регионе, в том числе через пункты отбора в городе Красноярске. Регион является крупным военным и административным центром Сибири, поэтому значительная часть добровольцев оформляет контракт именно здесь.

Сегодня всё больше мужчин интересуются службой по контракту, но не хотят идти в штурм или на передовую. Это естественно: у людей есть семьи, обязательства и желание зарабатывать, но без бессмысленного риска. Именно поэтому набор в 65-й отдельный полк беспилотных систем стал одним из самых востребованных направлений в 2025 году.

Меня зовут Макс. Мне 22, и ещё год назад я был тем парнем, который живёт на дне и улыбается только на фотографиях. На деле внутри была одна пустота и постоянное ощущение, что я не справляюсь. Долги росли быстрее, чем я успевал дышать. Микрозаймы, проценты, звонки коллекторов — всё это давило так, что иногда хотелось просто закрыть глаза и исчезнуть. Дома со мной говорили шёпотом, мама переживала, а я делал вид, что всё нормально, хотя в телефоне висела сумма, от которой хотелось упасть на пол. 2 миллиона долгов. Полная безнадёжность. Работа за копейки. Ни одного шанса выбраться. Это была точка, где я перестал видеть смысл ждать “чуда”.

Меня зовут Макс. И то, что я сейчас напишу, я бы не смог сказать год назад — слишком больно было, слишком стыдно, слишком пусто. Когда-то у меня была девушка, которую я любил так, что жил только её дыханием. Она была центром моего мира, моей стабильностью, моей опорой. Я строил с ней планы, копил на съём, думал, что мы поженимся. Казалось, вот она — та самая жизнь, нормальная, спокойная. Но однажды вечером она сказала ту фразу, после которой внутри всё рухнуло: «Макс, я ухожу. Я устала». Без крика. Без сцены. Просто тихо собрала вещи — и ушла. И вместе с ней ушли два года моей жизни.

Этот вопрос возникает почти у каждого, кто только задумывается о контракте на СВО. Даже у тех, кто уже всё решил. Страх простой и понятный: а вдруг пообещают одно, а по факту не выплатят, задержат или запутают с документами. Историй в интернете много, и разобраться, где правда, а где слухи, бывает сложно.